Надо ли выходить из тени?

«Моральная экономика» против страха быть схваченным за руку

Масса людей получает деньги за свой труд, не платя никаких налогов и нигде не регистрируя свою деятельность, и не догадываясь при этом, что они представители «теневой экономики». И в этом смысле нет разницы между репетитором и наркодилером, проституткой и маляром, дельцом, работающим через оффшор, и плотником.

И хотя они объединены экономическим термином, мы все-таки ощущаем разницу между «деловарами», сколачивающими неправедные капиталы, и работягами, продающими физический или интеллектуальный труд: теми, кто облицовывает ванные, кроет крыши, делает переводы, натаскивает перед экзаменами недорослей, ремонтирует все, что поддается ремонту и что отремонтировать вроде бы нельзя... О них и пойдет дальше разговор, чтобы выяснить, чего больше: потерь или приобретений, если работать «в тени»? Кстати сказать, некоторые экономисты для обозначения такого сектора теневого бизнеса пользуются термином «моральная экономика», имея в виду, что при совершаемых там сделках гарантией качества, сроков и прочих условий, равно как гарантией оплаты выполненных работ, служит только честное слово. Поскольку в «моральной экономике», как правило, никаких бумаг не составляют, всецело полагаясь на взаимную обязанность.

По сравнению с официальной экономикой, обеспеченной лицензиями, договорами, банковскими гарантиями и т.п., деньги в рассматриваемых нами сделках крутятся небольшие. Хотя для тех, кто их платит и получает - существенные. Более того, как раз отсутствие налогообложения этих денег (иначе говоря, отсутствие государственной наценки на стоимость товаров и услуг) стимулирует заказчиков отдавать предпочтение такого рода предложениям. А для исполнителей здесь двойная выгода: во-первых, они выигрывают в ценовой конкуренции у действующих в том же секторе рынка официально зарегистрированных юридических и физических лиц и, во-вторых, получают на руки больше по сравнению с исполнителями аналогичных видов работ, действующими по найму на основе официальных трудовых договоров.

К проблеме налогов мы вернемся. А чтобы понять вторую составляющую выгодности «моральной экономики», совершим экскурс в область политэкономики.

Сам себе голова

Задумывались ли вы, уважаемый читатель (если приходилось бывать в странах благословенной старой Европы), почему при не сильно отличающихся ценах на товары, продукты или услуги так разнятся зарплаты наших и ихних рабочих? Цены там выше процентов на двадцать-тридцать, а зарплаты - раз в пять. У них выше производительность, но не в пять раз. Тем более, налоги там больше. Не надо быть экономистом, чтобы понять: у нас намного большую, чем у них, долю прибыли забирает себе собственник. В Европе владелец небольшой фирмы имеет личный доход не намного больший, чем у его квалифицированного работника, и выстроить за пару лет деятельности дорогостоящий дом не может (тогда работникам на квартплату не хватает). У нас даже высококвалифицированный рабочий не получит больше восьми-десяти тысяч. А заработки основной массы наемных рабочих (если верить статистике) крутятся около трех - четырех тысяч крон. Потому всякий, чей характер труда позволяет работать в одиночку или с напарником, стремится действовать на собственный страх и риск. Расчет тут простой. Возьмем, для примера, ремонт квартиры, который ведется двумя работниками небольшой строительной фирмы и цена ремонта двадцать тысяч крон. Сколько из них получат на руки рабочие? В среднем расход на зарплату вместе с налогами у фирмы не превышает 40% от реализации, то есть около 8 тысяч крон, снимем социальный и подоходный налоги, и выйдет, что на руки непосредственно исполнители получат около трех тысяч крон на каждого. Много больше заберет собственник фирмы, хотя и не всю разницу, поскольку часть суммы уйдет на покрытие накладных расходов (стоимость материалов в нашем примере оплачивает заказчик).

А если те же работники без трудового договора с фирмой выполнят ремонт с оплатой «по-черному», то, взяв за работу почти вдвое меньше, то есть тысяч двенадцать, они получат на руки по шесть.

Цена потерь

В жизни не бывает одних выигрышей. Сравним для начала положение наемных работников и их коллег, действующих на свой страх и риск. У первых забот меньше. Поиск заказов не их головная боль. И торговля с заказчиком. И риска при невыплате от заказчика у них нет. Их дело выйти на работу и выполнять задания работодателя, если они есть. Деньги выходят небольшие, но оплаченный отпуск гарантирован. Правда, если работы у фирмы не будет, их уволят. Но заплатят выходное пособие. Опять же за инструмент фирма платит. И, наконец, получая официальную зарплату, они имеют социальное и медицинское страхование. Стаж для пенсии идет, и величина пенсии от размера официально выплаченной зарплаты зависит. А не дай Бог несчастный случай, то по больничному листу в размере 80% от средней зарплаты возмещение Больничная касса уплатит. Для тех, кому «за тридцать» и не склонных по жизни рисковать - милое дело.

Но есть «среднее» решение для тех, кто чувствует себя способным самостоятельно искать заказы и работать без инженерной поддержки, в силу собственной высокой квалификации: они могут стать предпринимателем - физическим лицом, не отдавая львиную долю заработка работодателю и выстраивая отношения с государством или системой страхования по собственной стратегии. Сравним экономическое положение таких предпринимателей с положением их коллег, работающих «в тени».

Рабочий с двумя лицами

Первое и явное преимущество предпринимателя - физического лица, на первый взгляд, социальная защищенность. В первую очередь, по оплате больничных, а потом и по части пенсионного стажа. Посчитаем их возможности. В результате многочисленных уточнений законов ситуация с оплатой больничных листов выглядит таким образом: в первый год своего существования в качеств ПФЛ и до 1 июля следующего календарного года такое лицо получает возмещение по больничному листу из расчета: 700 крон, деленные на тридцать и умноженные на число дней болезни, минус один день. Желающие могут проверить, что расчет покажет (с учетом выплаты 80%): за день болезни компенсация составит 13 крон 80 сентов.

Из-за этой суммы, выше которой, по крайне мере, полтора года не прыгнешь, станет кто-либо регистрироваться? С пенсионным стажем дела обстоят таким образом: коэффициент стажа, равный единице, получится, если годовой платеж социального налога составляет 7326 крон. То есть годовой доход, идущий под налог, надо показать не менее 22 тысяч крон. С него подоходный налог составит (за минусом 12 тысяч необходимого минимума) около 2,5 тысячи крон. То есть за год пенсионного стажа надо отдать казне 10 тысяч крон в год. Для мужчин, кому до пенсии осталось лет двадцать (то есть сейчас сорок пять лет), возможно, цена не слишком высокая. А для молодых вряд ли, особенно для тех, кто совмещает работу с платным образованием. Они посчитают более выгодным отдать десять тысяч за обучение, отодвинув пенсионные расходы на «потом».

Получается, государство создало такие правила игры, которые стимулируют наиболее энергичных и квалифицированных молодых людей искать себе применение в «моральной экономике», тем более, что «выловить» их и поставить под налоговое бремя крайне трудно. До тех пор, пока налоговая система для ПФЛ сохранится в нынешнем виде, а социальное страхование будет напрямую связано с выплатой социального налога, рассчитывать на сокращение теневого сектора в области частных услуг вряд ли возможно. Расчеты, как говорится, непреложный медицинский факт.

Хотя есть ситуации, когда даже в этих условиях предпринимателем - физическим лицом быть выгодно. Если работник для своего личного бизнеса должен приобретать дорогостоящее оборудование, срок службы которого недолгий, то расчеты выглядят иначе.

Предположим, для дела необходим современный компьютер с дорогим комплексом программ общей стоимостью около ста тысяч. А годовые эксплуатационные расходы (катриджи, бумага, помещение и т.п.) составляют тысяч двадцать пять. И предположим, годовой заработок составляет около ста двадцати тысяч (по десять в месяц). Тогда, зарегистрировавшись до покупок ПФЛ, можно будет в первый год деятельности списать на расходы около шестидесяти тысяч от цены компьютера и программ да еще двадцать пять тысяч текущих расходов, уплатив казне двадцать с небольшим тысяч крон, которые позволят иметь пенсионный стаж и кое-какие возмещения по больничному листу. Во второй год налоги будут тоже не разорительные, поскольку переносятся недоиспользованные сорок тысяч от покупки (но придется часть реализации переводить в «конвертные выплаты»). На третий год можно ликвидировать регистрацию в качестве ПФЛ, поскольку из ранее снятых от налогообложения сумм надо вернуть государству подоходный налог в размере 26 % от рыночной стоимости имущества. Компьютер и программы на третий год стоят недорого (если вообще сколько-нибудь стоят). Можно и не ликвидировать регистрацию, переведя значительную часть дохода в неофициальную наличку.

Но разве это государственная политика по отношению к малому предпринимательству? Это политика стимулирования развития теневой экономики для всех, чей труд может оплачиваться неофициально. При такой экономической политике выход из тени стимулирует только страх быть схваченным за руку. Но административные меры не способ построения партнерских отношений с бизнесом. Без коренной перестройки налогообложения трудовых доходов и системы социального страхования «моральная экономика» долго еще будет «заманивать» энергичных, квалифицированных молодых людей под свою крышу.


Владимир ВАЙНГОРТ,
доктор экономических наук,
научный руководитель Клуба
«Из первых рук».

Похожие статьи:

БизнесЖенщины в эстонском предпринимательстве

БизнесКем быть в малом бизнесе?

БизнесНеделя предпринимательства вызвала большой интерес


Рейтинг: 0 Голосов: 0

Комментарии

Нет комментариев. Ваш будет первым!