Обманчивая интеграция

Пеэтер Калдре пишет в Maaleht, что реальная жизнь не подтверждает результаты недавнего социологического исследования, утверждающие, будто русские, живущие в Эстонии, чувствуют себя здесь хорошо - как дома.

Многие эстонцы на бытовом уровне почувствовали, что живущие здесь неэстонцы потеряли всяческий интерес к общению на эстонском языке. Еще в середине 90-х неэстонцы пытались отвечать на эстонском языке. Это был ломаный язык, с ошибками, но уже сама по себе попытка говорить по-эстонски вызывала симпатию. Теперь же неэстонцы спокойно отвечают по-русски на вопросы, заданные по-эстонски. 

«Если следить за газетами, выходящими в Эстонии на русском языке, то нельзя не заметить высокомерное, ироническое, а иногда издевательское отношение к эстонскому государству и ко всему, что связано с «эстонским делом». Как будто эстонское государство - это какое-то временное и враждебное явление, которое неэстонцы должны как-то переносить», - пишет Пеэтер Калдре. 

Он признает, что эстонские политики, со своей стороны, сделали много, чтобы помочь углублению такого отношения. Стоит вспомнить хотя бы предвыборные кампании, когда некоторые партии из кожи вон лезли, чтобы поймать голоса неэстонцев. Им обещают вещи, не совместимые с официальной политикой эстонского государства, или же дают обещания, которые не собираются выполнять, получив власть. 

По мнению Калдре, неэстонцы хорошо понимают, что эстонские власти могут быстро и жестко призвать к порядку «своих», но на любые провокационные действия неэстонцев смотрят сквозь пальцы. Памятник в Лихула увезли на кране в сопровождении полиции, а в Таллинне никто не смеет тронуть символ оккупации, пишет Калдре. «Более того, на мероприятии 9 мая этого года полиции пришлось защищать эстонский флаг, а против шумных ветеранов и русских молодых людей с провокационной символикой ничего не было предпринято». Калдре пишет, что если Бронзового солдата не убрать с Тынисмяги, через год там будет в несколько раз больше людей, требующих свою «историческую правду». Когда-то считалось, что вся эта проблема исчезнет сама по себе, так как живых ветеранов остается все меньше. Но 9 мая этого года показало, что подрастает молодое поколение русских, которое еще яростнее хочет претворить в жизнь «святое дело» отцов.
  
Если Эстония утверждает, что СССР оккупировал Эстонию, а Россия объявляет, что Эстония вступила в этот союз добровольно, то кому поверят местные русские? 
 
Пеэтер Калдре считает, что если Бронзового солдата уберут с Тынисмяги куда-нибудь на кладбище, проблемы не закончатся. «Москва сознательно формирует пятую колонну в Эстонии. Здешние власти могут изо всех сил стараться понравиться неэстонцам, но те не станут выступать за интересы эстонского государства. Об этом позаботятся в других центрах власти». 
 
Парадоксально, но принадлежность Эстонии к Европейскому союзу не на пользу процессу интеграции, пишет Калдре. По мнению неэстонцев, ЕС - это инструмент, с помощью которого власти Эстонии можно заставить больше учитывать права т.н. меньшинств. Все больше молодых русских хотят жить и работать в какой-то другой стране ЕС. Поэтому они предпочитают учить английский, а не эстонский. 
 
«Поэтому не стоит обманывать себя и утешаться тем фактом, будто здешние неэстонцы все больше довольны своей жизнью. Может быть, это удовлетворение основано на убежденности в том, что им нечего бояться никакого принуждения со стороны эстонского государства к законопослушанию и верности государству. Что речь идет всего лишь о временном буферном формировании между Европейским союзом и Россией».

moles.ee, 03.06.06
5284 просмотра

Рейтинг: 0 Голосов: 0

Комментарии

Нет комментариев. Ваш будет первым!